ГлавнаяСтатьи и книгиД. В. Люсин, Н. Д. Михеева. ПСИХОМЕТРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ РУССКОЙ ВЕРСИИ ТЕСТА

ПСИХОМЕТРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ РУССКОЙ ВЕРСИИ ТЕСТА
НА СОЦИАЛЬНЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ
ДЖ. ГИЛФОРДА И М. О’САЛЛИВЕНА

Д. В. Люсин, Н. Д. Михеева


Настоящая статья посвящена анализу психометрических свойств русской версии теста Дж. Гилфорда и М. О’Салливена на социальный интеллект. В отечественной психологии исследования, посвящённые психометрическому обоснованию опубликованных психодиагности– ческих методик, встречаются довольно редко, особенно по сравне– нию с количеством аналогичных работ за рубежом. Важность таких исследований подчёркивается профессиональными психодиагноста– ми, так как большинство отечественных методик, как оригинальных, так и адаптированных, не проходит полноценного психометрическо– го обоснования.
Понятие социального интеллекта оказалось очень актуальным в современной психологии. По мнению многих специалистов, этот конструкт обладает высокой экологической валидностью, так как позволяет объяснять и предсказывать успешность социальных взаи– модействий человека, что в свою очередь обусловливает успешность в широком круге деятельностей. Вместе с тем проблемы измерения социального интеллекта разработаны крайне слабо. Самый распро– странённый (и, насколько нам известно, единственный) в нашей стра– не инструмент для измерения социального интеллекта — методика исследования социального интеллекта Е. С. Михайловой (Михайло– ва, 1996), представляющая собой российскую адаптацию теста Дж. Гилфорда и М. О’Салливена, который разрабатывался в 6070-​е годы XX в. (O’Sullivan, Guil­ford, 1975). Эта адаптация основывается на фран– цузской версии теста, опубликованной в 1977 г. (O’Sullivan, Guil­ford, 1977). Работа над российской версией была предпринята в период с 1986 по 1990 г.; она основана на исследовании 210 человек в возрасте от 18 до 55 лет.
После опубликования российская версия теста Гилфорда и О’Салливена получила довольно широкое распространение. Она ис– пользуется как в практической работе психологов, так и при проведе– нии научных исследований. Вместе с тем данные о её психометрических

свойствах очень ограничены. Они сводятся к приведённым в руко– водстве по использованию методики данным о валидности, которые в целом не очень убедительны. В связи с этим возникает необходи– мость дальнейших исследований психометрических свойств россий– ской версии, чему и была посвящена настоящая работа.
В основе теста Гилфорда и О’Салливена на социальный интеллект лежит знаменитая модель интеллекта Дж. Гилфорда (Guil­ford, 1967), представляющая набор интеллектуальных способностей человека в виде куба. Одно из измерений этого куба («содержание») — харак– тер материала, с которым совершаются интеллектуальные операции. Гилфорд выделяет четыре типа «содержания»: образное, символичес– кое, семантическое и поведенческое. В рамках данной модели соци– альный интеллект отождествляется со всеми видами интеллектуаль– ных способностей, связанных с поведением. Другое измерение куба Гилфорда — «действия», т. е. тип интеллектуальных операции. При разработке теста на социальный интеллект Гилфорд сосредото– чился только на одном виде операций — «познание». Наконец, тре– тье измерение куба — «результат» — описывает форму, в которой происходит переработка информации; здесь выделяется шесть вари– антов, из которых в тест на социальный интеллект включено только четыре. Таким образом, в методику вошло четыре субтеста, которые характеризуются следующим образом.
«Истории с завершением». Познание результатов поведе– ния — способность предвидеть последствия поведения, исхо– дя из имеющейся информации.
«Группы экспрессии». Познание классов поведения — способ– ность распознавать общие существенные свойства в потоке экспрессивной или ситуативной информации о поведении.
«Вербальная экспрессия». Познание преобразований поведе– ния — способность понимать изменения значения сходного вербального поведения в разных ситуационных контекстах.
«Истории с дополнением». Познание систем поведения — спо– собность понимать логику развития ситуаций взаимодействия, смысл поведения людей в этих ситуациях.
В первом субтесте «Истории с завершением» (14 заданий) исполь– зуются рисунки типа комиксов, в которых участвует персонаж по имени Барни. На основном рисунке изображается некоторая си– туация. Испытуемый должен определить наиболее типичное и логич– ное развитие ситуации, выбрав один из трёх рисунков, расположен– ных рядом с основным. Во втором субтесте «Группы экспрессии» (15 заданий) используются схематические изображения мимики, же– стов или поз. Испытуемому даётся три таких изображения, выража–

ющих одно и то же психическое состояние; к ним нужно подобрать ещё одно изображение из четырёх, расположенных рядом. В третьем субтесте «Вербальная экспрессия» (12 заданий) используются корот– кие высказывания, которые могут иметь разный смысл в зависимос– ти от ситуационного контекста. Испытуемому даётся высказывание в определённом контексте; далее из трёх предложенных вариантов контекста нужно выбрать тот, в котором высказывание имеет такой же смысл. Четвёртый субтест «Истории с дополнением» (14 заданий) также использует рисунки типа комиксов, в которых участвует пер– сонаж по имени Фердинанд. Каждой задание представляет собой последовательность из четырёх рисунков, один из которых пропу– щен. Для заполнения пропуска нужно выбрать один из четырёх ри– сунков, которые предлагаются для заполнения пропуска.
В результате подсчёта количества правильных ответов получает– ся балл по каждому субтесту. Суммирование баллов по субтестам даёт так называемую композитную оценку, характеризующую соци– альный интеллект испытуемого в целом.
Для сбора эмпирических данных, которые можно было бы ис– пользовать для психометрического анализа, мы провели российскую версию теста Гилфорда и О’Салливена на выборке, состоящей из 195 человек. Из неё были исключены те испытуемые, которые про– пустили ответы более чем на три задания подряд. Мы предположи– ли, что такой паттерн ответов был связан скорее с отвлечением вни– мания испытуемых или нежеланием работать, чем с неспособностью выбрать правильный ответ на каждое из этих заданий. Исключая та– ких испытуемых из обработки (их оказалось 8 человек), мы стреми– лись к повышению достоверности результатов. Таким образом, окон– чательная выборка состояла из 187 человек в возрасте от 15 до 42 лет, средний возраст 21 год. 24 % испытуемых были мужского пола, 76 % — женского. В выборку вошли студенты-​психологи младших курсов различных вузов г. Москвы, военнослужащие (рядовые), старше– классники школ г. Москвы.
Анализ полученных данных состоял из следующих этапов:
Сопоставление полученных параметров распределений тесто– вых баллов с нормативными данными, приводимыми автором россий– ской версии.
Оценка надёжности и валидности субтестов и теста в целом.
Анализ факторной структуры полученных данных.
1. Сопоставление параметров распределений тестовых баллов с нормативными данными. В таблице 1 представлены полученные средние значения и стандартные отклонения для каждого субтеста и композитной оценки. Для сравнения приведены аналогичные

данные Е. С. Михайловой. Жирным шрифтом выделены те средние значения в её данных, которые статистически значимо отличаются от средних значений, полученных нами (применялся t-​критерий, уро– вень значимости везде меньше 0,01, кроме второго субтеста, где он меньше 0,05).
Из таблицы 1 видно, что, несмотря на некоторые небольшие раз– личия в средних значениях (которые объясняются, скорее всего, осо– бенностями выборок), в целом новые и уже опубликованные данные соответствуют друг другу.


Средние и стандартные отклонения тестовых баллов
Таблица 1

Субтесты Результаты на– стоящего иссле– дования (N = 187, средний возраст 21 год) Результаты Ми– хайловой: препо– даватели лицеев (N = 86, средний возраст 44 года) Результаты Михай– ловой: студенты педуниверситета (N = 124, средний возраст 19 лет)

Сред. Станд.
откл-​ние
Сред. Станд.
откл-​ние
Сред. Станд. откл-​ние
1. Истории с завершением 10,20 2,11 7,28 1,94 9,00 2,13
2. Группы экспрессии 7,91 1,82 7,83 2,29 8,47 2,50
3. Вербальная экспрессия 8,36 2,36 8,47 1,73 8,85 2,49
4. Истории с дополнением 5,84 1,98 6,61 2,32 6,79 1,90
Композитная оценка 32,32 4,81 30,11 5,85 33,32 5,25

Оценка надёжности. Была проведена оценка одного из видов надёжности — внутренней согласованности — для каждого субтес– та и для композитной оценки. Рассчитывались показатели Кронба– ха; были получены следующие результаты (таблица 2).
Таблица 2 Оценка внутренней согласованности для каждого субтеста и композитной оценки

Субтесты Кронбаха
Субтест 1. Истории с завершением 0,43
Субтест 2. Группы экспрессии 0,06
Субтест 3. Вербальная экспрессия 0,67
Субтест 4. Истории с дополнением 0,28
Композитная оценка 0,55

Для традиционных тестов интеллекта такой уровень Кронбаха считается очень низким. Наиболее благополучным выглядит третий субтест, хотя и его внутренняя согласованность не очень высока. Вто– рой субтест обладает практически нулевой внутренней согласован– ностью. Если в композитную оценку не включать субтест 2, то её аль– фа Кронбаха удаётся повысить, но незначительно — до 0,61.
Оценка валидности. Имеющиеся в нашем распоряжении дан– ные не позволяют оценить критериальную или конструктную валид– ность теста. Однако была проведена оценка валидности заданий тес– та по содержанию. Для этого авторы данной работы проанализиро– вали каждое задание на предмет соответствия вариантов ответа со– держанию того или иного субтеста. Оказалось, что ряд заданий вызывает сомнения с точки зрения того, какой вариант ответа мож– но считать правильным и существует ли вообще правильный вариант ответа среди предложенных. Для получения объективных данных такого рода надо было бы привлечь группу экспертов, не знакомых с тестом. В связи с тем, что в качестве экспертов выступили сами ав– торы данной работы, мы применяли максимально консервативный подход, поставив под сомнение только те задания, в которых вариан– ты ответов, правильные с точки зрения обоих экспертов, не совпада– ли с ключом. Таких заданий оказалось четыре: № 8, 13 и 15 из второ– го субтеста и № 8 из четвёртого субтеста.
В сомнительных заданиях из второго субтеста визуальная ин– формация о состоянии персонажей предельно многозначна, мими– ческая полностью отсутствует, так что практически нет возможно– сти определить суть «загаданного» состояния. Вообще для многих испытуемых субъективно второй субтест оказывается наиболее сложным. Причина может крыться в том, что в нашей культуре за жестами и позами закреплён иной набор значений по сравнению с американской (или шире — западной). Поэтому часто трудно опре– делить, что именно скрывает схематичное изображение пантоми– мики персонажей. В связи с этим ответы испытуемых оказывают– ся в значительной степени случайными, что является причиной практически нулевой внутренней согласованности второго субтес–
та (Кронбаха = 0,06).
В 4-​м субтесте — «Истории с дополнением» — наибольшие сомне– ния вызвало задание № 8. Нам представляется, что верен ответ 3, что противоречит авторскому варианту — 1. Предложенная в руко– водстве последовательность картинок «Фердинанд отказывается от принесенного женой торта» и «Фердинанд удовлетворенно ест торт» — кажется нелогичной, особенно по сравнению с наличеству– ющим вариантом развития событий, когда за картинкой «Фердинанд

благосклонно смотрит на вносимый женой торт» следует «Фердинанд удовлетворенно ест торт». На примере этого случая хорошо видно, что задания первого и четвёртого субтестов, выполненные в стилистике комиксов, в большинстве своём кажутся юмористическими и могут настраивать испытуемого на поиск не самого логически подходяще– го, а самого смешного варианта ответа.
С точки зрения определения правильных ответов наименьшее количество вопросов вызвали задания третьего субтеста — «Вербаль– ная экспрессия». Однако этот субтест, будучи вербальным, вызыва– ет проблемы, связанные с не всегда удачным переводом. Для выбора правильного ответа необходимо тонко чувствовать оттенки значений высказываний, которые при переводе иногда теряются или смеща– ются. Возьмём, например, задание № 7. В нём предлагается выбрать ситуацию, которая переворачивает по смыслу высказывание офици– антки клиенту «Чем я могу Вам помочь?» Согласно руководству, смысл высказывания остаётся прежним в ситуациях «психиатр — пациенту» и «гид — туристу», но меняется в ситуации «прохожий — пострадавшему в аварии». Этот ответ действительно кажется пра– вильным, если помнить, что высказывание «Чем я могу Вам помочь?» (Can I help you?) является в английском языке речевой формулой, выражающей готовность заняться клиентом, будь это посетитель ресторана, турист или пациент. Однако в русском языке это выска– зывание воспринимается содержательно, именно как выражение готовности помочь, что приводит к иным взаимодействиям его зна– чения с социальными контекстами.
Общее впечатление от анализа валидности заданий по содержа– нию состоит в том, что многие из них являются культурноспецифич– ными и поэтому не должны без изменений переноситься в версию, предназначенную для другой культуры.
3. Для выявления факторной структуры полученных данных был проведён факторный анализ ответов испытуемых. Мы исходили из предположения, что эмпирически полученная факторная струк– тура должна совпадать со структурой теста, т. е. первые выделивши– еся факторы должны более или менее соответствовать субтестам с точки зрения входящих в них заданий. Если это предположение подтвердится, то можно говорить о высокой внутренней валидности ме– тодики.
При факторизации данных применялся метод главных компонент с прямоугольным и косоугольным вращением факторов по методам варимакс и облимин (параметр д задавался равным нулю) соответ– ственно; проводилось вращение первых четырёх факторов. Получен– ные результаты приведены в таблицах 3 и 4.


Результаты факторизации ответов испытуемых
Таблица 3


Фактор До вращения После пря– моугольного вращения
Собственное значение После косо– угольного вращения
Собственное значение

Собственное значение
% объясняе– мой диспер– сии Кумулятив–
ный % объяс– няемой дис– персии
1 3,796 6,9 6,9 3,312 3,334
2 2,803 5,1 12,0 2,983 3,014
3 2,537 4,6 16,6 2,739 2,778
4 2,069 3,8 20,4 2,171 2,170

Первые четыре фактора объясняют в сумме 20% дисперсии, что довольно мало. Прямоугольное и косоугольное вращение факторов дают практически идентичные результаты. Наибольшие нагрузки по первому и второму факторам имеют задания, входящие в третий субтест. По третьему фактору наибольшие нагрузки имеют некото– рые задания, входящие в первый и четвёртый субтесты. Четвёртый фактор невозможно соотнести с каким-​либо из субтестов. Таким об– разом, эмпирически полученная факторная структура мало соответ– ствует структуре теста, что свидетельствует о его невысокой внутрен– ней валидности.
Таблица 4
Факторные нагрузки после вращения факторов (приведены значения выше 0,3 по модулю)
№ задания (первая цифра — номер субтеста)
Нагрузки по первым четырём факторам после прямоуголь– ного вращения
Нагрузки по первым четырём факторам после косоугольно– го вращения
1 2 3 4 1 2 3 4
101416507431 -,503
102
103375381
104486363506 -,359
105325495338 -,492
106
107

Таблица 4 (продолжение)


1
2
3
4
1
2
3
4
108502504
109336341
110
111368369
112
113
114
201
202
203
204 -,542542
205
206
207
208
209
210
211
212
213 -,373 -,374
214 -,347 -,361
215
301786782
302368361
303427421
304402441397432
305652652
306567566
307

Таблица 4 (окончание)


1
2
3
4
1
2
3
4 308516517
309 -,386582 -,390584
310785782
311529534
312596300594
401
402373375
403502495
404
405
406
407357354
408
409482478
410519525
411402405
412
413 -,511516
414

Обобщая результаты проведённого анализа, можно утверждать, что психометрические свойства российской версии теста Гилфорда и О’Салливена не удовлетворительны. Внутренняя согласованность субтестов и композитной оценки низка, факторная структура теста не соответствует выделяемым субтестам. Содержательная валид– ность ряда заданий представляется сомнительной. С нашей точки зрения в настоящем виде российская адаптация теста Гилфорда и О’Салливена не обладает уровнем надёжности и валидности, до– статочным для его использования хотя бы в исследовательских целях, не говоря уже о психодиагностических целях.
Следовательно, требуется работа по совершенствованию рос– сийской версии теста. Прежде всего необходимо переработать или

вообще заменить некоторые задания, с тем чтобы повысить их адек– ватность российской культуре и измеряемым конструктам. Отдель– ная проблема заключается в определении правильных ответов на каждое задание. Одно из возможных решений этой проблемы со– стоит в привлечении к разработке заданий группы экспертов в обла– сти социальных взаимодействий, которые могли бы указать на наи– более приемлемые правильные ответы. Если даже допустить приме– нение ныне существующей версии в исследовательских целях, необ– ходимо внести в неё некоторые изменения. Самое очевидное из них состоит в исключении второго субтеста «Группы экспрессии», так как он обладает наименее удовлетворительными психометрически– ми свойствами.
В заключение хочется отметить, что ни один тест не может быть идеальным измерительным инструментом. Улучшение психометри– ческих свойств психодиагностической методики требует большой, как правило, многолетней работы. Результаты проведённого анали– за показывают, что такая работа должна проводиться и применитель– но к российской версии теста Дж. Гилфорда и М. О’Салливена. Та– кой вывод не умаляет важности появления этой методики на русском языке. Можно только приветствовать большую работу, проделанную автором российской версии, и надеяться, что дальнейшие усилия по её совершенствованию, а также по конструированию других ме– тодик на измерение социального интеллекта будут продолжены.


Литература


Михайлова (Алешина) Е.С. Методика исследования социального интеллек– та: Адаптация теста Дж. Гилфорда и М. Салливена: Руководство по ис– пользованию. СПб: ГП «ИМАТОН», 1996.
Guil­ford J. P. The nature of human intel­li­gence. New York: McGraw-​Hill, 1967. O’Sullivan M., Guil­ford J. P. Six fac­tors of behav­ioral cog­ni­tion: Under­stand­ing other peo­ple /​/​Jour­nal of Edu­ca­tional Mea­sure­ment, 1975, v. 67, 255271.
O’Sullivan M., Guil­ford J. P. Les tests d’intelligence sociale. Paris: Edi­tions du Cen­tre de psy­cholo­gie appliquée, 1977.



Научный директор Центра, психиатр, психоаналитик, тренинг-​аналитик, член Бостонского Психоаналитического Общества


Гари Голдсмит


«То, что на самом деле важно в лечении — это не симптомы или диагноз, а индивидуальная история каждого человека. Только зная, в чем состоит жизнь человека — в как можно более подробных деталях — можно достичь понимания проблем и увидеть ресурсы для их решения. Только так человек может чувствовать себя понятым и быть готовым включиться в собственное лечение.»

Новости

свяжитесь с нами

Москва, Новый Арбат 309.
Метро: Смоленская, Краснопресненская, Баррикадная
Время работы с 9:00 до 22:00
тел: +7 (495) 5052825
факс: +7 (916) 1788781
e-​mail:Этот адрес электронной почты защищен от спам-​ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.